dmitriyandreev | Demography is Destiny, pt.3 (Reply)

Кто выживает: советская воронка, христиане и мусульманские диаспоры

Чтобы понимать, кто выживает, нужно сначала честно посмотреть, кто не выживает.

1. Советско-российская демографическая воронка: модель, которая не воспроизводит себя

Позднесоветский городской житель — один из самых недолговечных культурных типов XX века. У него было всё, чтобы исчезнуть:

секуляризация почти до нуля;
маленькое жильё;
мама и папа на работе (а часто — только мама);
ориентация на карьеру;
нет ни клана, ни общины;
исчезновение большой семьи;
«однодетная норма» уже к 1970-м;
отсутствие религиозного или культурного давления «рожать больше».

Это порождает устойчивый TFR 1.3–1.6. Тип исчезает в течение двух поколений — если только не подпитывается постоянной массовой миграцией из деревни.

Именно поэтому советский “городской человек” держался на плаву только пока шёл постоянный приток сельских жителей. Стоило этому механизму остановиться — и тип исчез. Сейчас Россия живёт в той же модели, только без позднесоветской стабильности.

Это и есть демографическая воронка: форма жизни, которая не способна воспроизвести саму себя.

2. Христианство: как выглядит модель, которая выживает

О христианстве часто говорят как о религии, «которая победила идеями». Это красиво, но неверно. Идеи без людей не побеждают.

Христианство II–V веков взлетело потому что:

запрещало детоубийство;
стабилизировало брак;
обеспечивало взаимопомощь и уход во время эпидемий;
повышало выживаемость детей;
поддерживало городские общины;
давало чуть более высокую реальную фертильность.

То есть — создавало демографическую критическую массу.

А уже потом, когда масса накопилась, стало возможным всё остальное:

политическое давление;
запрет языческих культов;
насильственная христианизация провинций;
уничтожение альтернативных религий.

Да, христианство распространялось в том числе жёстко.

Но насилие — это не двигатель, а инструмент. Он работает только когда за твоей культурой (социумом) есть люди, технологии и экономика.

Если бы у христиан II века был TFR 1.2 — никакие императоры не смогли бы сделать их религией Римской империи. Ну или смогли бы, но не очень надолго.

Это и есть принцип:

«Завоевание требует массы. А масса требует семей.»

3. Мусульманские мигранты на Западе: две траектории

С мусульманскими диаспорами в Европе обычно всё сводят к двум истерическим версиям — «завоюют Европу» или «полностью растворятся». Правда посередине, как обычно.

3.1. Большинство повторяет советскую урбанистическую воронку

Одинаково во Франции, Британии, Германии, Швеции:

первое поколение приезжает с TFR 3–4;
второе падает до 2.0–2.5;
третье спокойно догоняет местные 1.4–1.7.

Это идентично советско-российскому сценарию: город → образование → малое жильё → исчезновение общины → низкая рождаемость.

Большинство мусульманских мигрантов становится обычными европейскими низкофертильными горожанами. Происходит ровно тот же процесс, что и с «лимитой» в России.