![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Сломать лестницу за собой
Oct. 31st, 2026 01:38 pm2026 год. Я открываю социальную сеть и вижу людей, возмущающихся нелегальными иммигрантами, приехавшими "на всё готовое". Что в некотором роде верно: общество высокого доверия и механизмы экономического роста были созданы без их участия. Даже опосредованного (хотя ребёнок некоторых работников советского ВПК, если что, вполне может считать себя причастным к тому, что "на Западе жить хорошо" :), но это тема для отдельного разговора).
Проблема в том, что я точно знаю: некоторые из возмущающихся сами были нелегальными иммигрантами. А многие, даже если въехали легально, живут на "птичьих правах". Завтра изменится внутренняя политика страны, где они живут, — и поедут из неё. Примерно как мексиканцы из США при Эйзенхауэре.
1966 год. Америка. В спорах о гражданских правах часть европейских переселенцев и их потомков - немцев, поляков, ирландцев, итальянцев, венгров и других - оказывается по одну сторону баррикад с людьми, защищающими старый расовый порядок.
Хотя всего за поколение-два до этого их собственные семьи могли считаться "неправильными" американцами.
Поляки, итальянцы, ирландцы - "не совсем свои" для старой WASP-элиты (почитайте Лавкрафта, певца классического WASP-расизма, почитайте). В Гарварде в 1922 году ректор предложил ограничить долю еврейских студентов 12 процентами. Помните, что квоты в рамках борьбы "за справедливость" можно вводить как снизу, так и сверху? Формальную квоту отвергли, но затем ввели другие ограничения приёма, включая собеседования и оценку личных качеств (как знакомо).
Тот неловкий момент, когда Гарвард и ЛГУ имени Жданова оказываются в одной лиге.
А во время Первой мировой в некоторых штатах ограничивали преподавание немецкого языка. Даже в "Назад в будущее" это попало: Док объясняет, почему его семья сменила фамилию фон Браун на Браун.
Ах да. Многие из переселенцев оказались в США довольно странными путями. Например, ветеран Зимней войны Лаури Тёрни, ставший одним из отцов-основателей американского спецназа. Мы не будем вспоминать, в каких именно германских формированиях он успел послужить в конце Второй мировой (ладно, в войсках СС, гауптштурмфюрер). Были "военные невесты", были беженцы, были те, кто годами дожидался легализации.
Всё это происходило в стране, которая после закона 1924 года на сорок лет резко ограничила иммиграцию квотами по национальному происхождению. Полностью границы не закрылись, но лестница стала существенно уже (что, кстати, резко упростило ситуацию "проскочить между струйками").
Конец XIX века. Калифорния. Ирландский иммигрант Денис Кирни становится одним из лидеров движения против китайских рабочих. "The Chinese must go!" - "Китайцы должны убраться!"
Ирландцы, которых в тот момент презирала значительная часть протестантской Америки, теперь борются за то, чтобы не пускать следующих. "Полноценными" "белыми" в глазах американского истеблишмента ирландцы стали гораздо позже, в основном уже в XX веке. Вершина этого пути — 1960 год, избрание президента-католика Кеннеди. Ирландцы - такие же люди, как мы :)
Что здесь общего?
То, для чего в английском языке есть прекрасное выражение: pulling up the ladder behind you.
Мы добились успеха — переместились, географически или социально, в лучшую часть мира. Для этого мы работали, рисковали. Зачем нам конкуренты? Даже если общий пирог растёт, то убрав конкурентов, мы можем претендовать на большую его долю.
Вполне рационально захлопнуть дверцу, через которую мы сами пролезли, чтобы следующим было сложнее.
И относится это далеко не только к иммиграции. Даже более того: в большей степени — не к иммиграции.
Когда по ряду причин появилось массовое образование, дорога наверх открылась людям из более низких социальных классов.
Не совсем низших (нижние два квинтиля социальной пирамиды, что бы мы ни говорили, практически не поднимаются вверх - случаи, о которых мы знаем, это тот самый "хвост хвоста распределения"), но "более низшим" стало легче подниматься вверх.
Социальные барьеры не исчезли, у генералов всё так же есть дети. Но дорога наверх стала немного более доступной.
И тут обнаруживается одна неприятная вещь: людям важно не только то, сколько они имеют, но и то, насколько они выше других.
В исследовании 1998 года около половины опрошенных предпочли бы зарабатывать 50 тысяч долларов в год, когда окружающие получают 25 тысяч, вместо 100 тысяч, когда окружающие получают 200 тысяч. Причём при одинаковых ценах. То есть относительное превосходство для них оказалось важнее абсолютного дохода.
Вполне логично, что человеку, сумевшему подняться наверх, может оказаться выгодно ограничить приток "свежей крови" снизу. Особенно если он не рискует потерять своё положение из-за того, что вся система начинает проигрывать конкурентам.
Более того, для отдельных участников неудача организации может обернуться карьерным успехом. Условное "разорить компанию, чтобы директора сменили и я передвинулся на его место" - предельный, гротескный вариант этой логики. Компания проиграет, но конкретный человек может выиграть. Разумеется, если успеет получить повышение раньше, чем компания окончательно развалится :). Под "компанией" здесь понимается не только ПАО, как вы понимаете.
Отсюда постоянная проблема реформ образования, государственной службы, армии и других сложных систем. "Верхи" хотят впустить свежую кровь на средние этажи социальной пирамиды. Сложившаяся иерархия ("бояре") сопротивляется насколько может. Кто-то всё-таки прорывается наверх - и обнаруживает, что теперь уже ему самому не очень хочется новых изменений.
Конечно, бывают исключения и успешные реформы. Но конфликт интересов встроен в саму конструкцию.
Довольно странно в этих условиях спрашивать, почему у нас образовательная система не такая хорошая. Надо спрашивать, как она вообще хоть как-то работает. Боюсь, честный ответ вызовет ещё большую печаль, поэтому мы постараемся раскрыть этот вопрос в следующих передачах.
Возвращаясь к ситуации "залезть наверх и бить ногами тех, кто ползёт следом". Хороший пример - Соединённое Королевство.
В Великобритании долгое время существовала система практически бесплатного для студентов высшего образования. Государство оплачивало обучение, студенты получали дипломы, общество - более качественный человеческий ресурс для развития.
В Англии в 1998 году ввели плату за обучение — до 1000 фунтов в год. Дальше максимальная сумма росла: в 2006-м — 3000 фунтов, в 2012-м — 9000, в 2026/27 учебном году — 9790. А на 2027/28 год установлен предел в 10 050 фунтов в год для стандартных очных программ соответствующих университетов.
Всё это можно обосновать ростом числа студентов и затрат на обучение. Но поколение политиков, принимавших эти решения, в значительной степени получило образование за государственный счёт.
Более близкие примеры вы можете найти ближе - простите за каламбур.
В целом — "залез сам, не дай залезть другому". Так и живём.
Проблема в том, что я точно знаю: некоторые из возмущающихся сами были нелегальными иммигрантами. А многие, даже если въехали легально, живут на "птичьих правах". Завтра изменится внутренняя политика страны, где они живут, — и поедут из неё. Примерно как мексиканцы из США при Эйзенхауэре.
1966 год. Америка. В спорах о гражданских правах часть европейских переселенцев и их потомков - немцев, поляков, ирландцев, итальянцев, венгров и других - оказывается по одну сторону баррикад с людьми, защищающими старый расовый порядок.
Хотя всего за поколение-два до этого их собственные семьи могли считаться "неправильными" американцами.
Поляки, итальянцы, ирландцы - "не совсем свои" для старой WASP-элиты (почитайте Лавкрафта, певца классического WASP-расизма, почитайте). В Гарварде в 1922 году ректор предложил ограничить долю еврейских студентов 12 процентами. Помните, что квоты в рамках борьбы "за справедливость" можно вводить как снизу, так и сверху? Формальную квоту отвергли, но затем ввели другие ограничения приёма, включая собеседования и оценку личных качеств (как знакомо).
Тот неловкий момент, когда Гарвард и ЛГУ имени Жданова оказываются в одной лиге.
А во время Первой мировой в некоторых штатах ограничивали преподавание немецкого языка. Даже в "Назад в будущее" это попало: Док объясняет, почему его семья сменила фамилию фон Браун на Браун.
Ах да. Многие из переселенцев оказались в США довольно странными путями. Например, ветеран Зимней войны Лаури Тёрни, ставший одним из отцов-основателей американского спецназа. Мы не будем вспоминать, в каких именно германских формированиях он успел послужить в конце Второй мировой (ладно, в войсках СС, гауптштурмфюрер). Были "военные невесты", были беженцы, были те, кто годами дожидался легализации.
Всё это происходило в стране, которая после закона 1924 года на сорок лет резко ограничила иммиграцию квотами по национальному происхождению. Полностью границы не закрылись, но лестница стала существенно уже (что, кстати, резко упростило ситуацию "проскочить между струйками").
Конец XIX века. Калифорния. Ирландский иммигрант Денис Кирни становится одним из лидеров движения против китайских рабочих. "The Chinese must go!" - "Китайцы должны убраться!"
Ирландцы, которых в тот момент презирала значительная часть протестантской Америки, теперь борются за то, чтобы не пускать следующих. "Полноценными" "белыми" в глазах американского истеблишмента ирландцы стали гораздо позже, в основном уже в XX веке. Вершина этого пути — 1960 год, избрание президента-католика Кеннеди. Ирландцы - такие же люди, как мы :)
Что здесь общего?
То, для чего в английском языке есть прекрасное выражение: pulling up the ladder behind you.
Мы добились успеха — переместились, географически или социально, в лучшую часть мира. Для этого мы работали, рисковали. Зачем нам конкуренты? Даже если общий пирог растёт, то убрав конкурентов, мы можем претендовать на большую его долю.
Вполне рационально захлопнуть дверцу, через которую мы сами пролезли, чтобы следующим было сложнее.
И относится это далеко не только к иммиграции. Даже более того: в большей степени — не к иммиграции.
Когда по ряду причин появилось массовое образование, дорога наверх открылась людям из более низких социальных классов.
Не совсем низших (нижние два квинтиля социальной пирамиды, что бы мы ни говорили, практически не поднимаются вверх - случаи, о которых мы знаем, это тот самый "хвост хвоста распределения"), но "более низшим" стало легче подниматься вверх.
Социальные барьеры не исчезли, у генералов всё так же есть дети. Но дорога наверх стала немного более доступной.
И тут обнаруживается одна неприятная вещь: людям важно не только то, сколько они имеют, но и то, насколько они выше других.
В исследовании 1998 года около половины опрошенных предпочли бы зарабатывать 50 тысяч долларов в год, когда окружающие получают 25 тысяч, вместо 100 тысяч, когда окружающие получают 200 тысяч. Причём при одинаковых ценах. То есть относительное превосходство для них оказалось важнее абсолютного дохода.
Вполне логично, что человеку, сумевшему подняться наверх, может оказаться выгодно ограничить приток "свежей крови" снизу. Особенно если он не рискует потерять своё положение из-за того, что вся система начинает проигрывать конкурентам.
Более того, для отдельных участников неудача организации может обернуться карьерным успехом. Условное "разорить компанию, чтобы директора сменили и я передвинулся на его место" - предельный, гротескный вариант этой логики. Компания проиграет, но конкретный человек может выиграть. Разумеется, если успеет получить повышение раньше, чем компания окончательно развалится :). Под "компанией" здесь понимается не только ПАО, как вы понимаете.
Отсюда постоянная проблема реформ образования, государственной службы, армии и других сложных систем. "Верхи" хотят впустить свежую кровь на средние этажи социальной пирамиды. Сложившаяся иерархия ("бояре") сопротивляется насколько может. Кто-то всё-таки прорывается наверх - и обнаруживает, что теперь уже ему самому не очень хочется новых изменений.
Конечно, бывают исключения и успешные реформы. Но конфликт интересов встроен в саму конструкцию.
Довольно странно в этих условиях спрашивать, почему у нас образовательная система не такая хорошая. Надо спрашивать, как она вообще хоть как-то работает. Боюсь, честный ответ вызовет ещё большую печаль, поэтому мы постараемся раскрыть этот вопрос в следующих передачах.
Возвращаясь к ситуации "залезть наверх и бить ногами тех, кто ползёт следом". Хороший пример - Соединённое Королевство.
В Великобритании долгое время существовала система практически бесплатного для студентов высшего образования. Государство оплачивало обучение, студенты получали дипломы, общество - более качественный человеческий ресурс для развития.
В Англии в 1998 году ввели плату за обучение — до 1000 фунтов в год. Дальше максимальная сумма росла: в 2006-м — 3000 фунтов, в 2012-м — 9000, в 2026/27 учебном году — 9790. А на 2027/28 год установлен предел в 10 050 фунтов в год для стандартных очных программ соответствующих университетов.
Всё это можно обосновать ростом числа студентов и затрат на обучение. Но поколение политиков, принимавших эти решения, в значительной степени получило образование за государственный счёт.
Более близкие примеры вы можете найти ближе - простите за каламбур.
В целом — "залез сам, не дай залезть другому". Так и живём.
